July 3rd, 2010

aquila

Битва под Судьбищами



Сегодня мы отмечаем годовщину одного из наиболее героических сражений русской истории – битвы под Судьбищами, важного эпизода ожесточенной войны между Русью и Крымским ханством, бушевавшей почти весь XVI в. В 1502 г., после победы над ханом Большой Орды Ших-Ахматом, крымский хан Менгли-Гирей принял титул кагана, употреблявшийся правителями Золотой Орды времен ее великодержавия, заявив тем самым свою претензию на то, чтобы стать их преемником. После разгрома Большой Орды исчезла причина для тактического союза между Крымом и Москвой. Вступив в роль преемника ханов Золотой Орды, Менгли-Гирей естественным образом унаследовал их вражду к Руси. В 1507 г. он заключил союз с Литвой, выдав новому великому князю литовскому и королю польскому Сигизмунду ярлык на русские земли, значительная часть которых (Новгородское, Псковское, Рязанское и Чернигово-Северское княжества) входила в состав Великого княжества всея Руси. В 1505 г. после смерти Ивана III из подчинения русских великих князей вышло Казанское ханство. Это привело к образованию вокруг Русского государства враждебного фронта. В 1507 г. Великое княжество Литовское начало войну с Русью, и в том же году состоялся первый крымский набег на русские земли, за которым последовало множество других. Всего за XVI в. крымские татары нападали на Русь 91 раз. Некоторые из этих нападений (в 1521, 1541, 1552, 1555, 1571, 1572 и 1591 гг.) имели характер настоящих нашествий, близких по размаху наиболее значительным ордынским нашествиям предыдущих столетий – таким, как походы Тохтамыша в 1382 г. или Едигея в 1408 г. Сотни тысяч русских людей за XVI в. были убиты или угнаны в рабство крымцами. По сути дела весь шестнадцатый век в ожесточенной борьбе с Крымским ханством решался вопрос о существовании русского народа и его государственности.
Collapse )

Черновик письма в НКВД уполномоченного по делам военнопленных Юзефа Чапского. 1942 г.



"...В середине января генерал Андерс послал меня в Куйбышев и в Москву по тому же делу, с письмами на имя ген. Жукова, рекомендующими меня и излагающими суть порученного мне дела. Генерал Андерс писал, что вопрос о без вести пропавших военнопленных крайне затрудняет формирование польской армии, морально угнетает его самого и его сотрудников, и добавил, что, будучи не в состоянии сам заняться этим делом, посылает меня и просит помочь мне, как помогали бы ему лично. Я расчитывал на то, что оба этих советских генерала, которые занимали очень высокие посты в НКВД и которым к тому же было поручено принять участие в создании польской армии на территории СССР (ген. Райхман в предыдущие годы лично допрашивал многих из наших товарищей), смогут мне помочь и исхлопочут мне аудиенцию у всесильного Берии и Меркулова.

Collapse )