waralex (waralex) wrote in ru_history,
waralex
waralex
ru_history

Воспоминания продолжение.

Оригинал взят у waralex в Воспоминания продолжения.
Получил достаточно объемное продолжение воспоминаний. Буду публиковать по мере перепечатывания с рукописных сканов. Под катом первая часть.



Саша! Очень кратко об истоках рождения нашего города, хотя ты об этом можешь найти и сам в той литературе, которую я тебе уже предоставлял. Узнав о том, что бабушка Валя передает тебе книгу «От казачьих форпостов до Атомграда» я перескочу свое детство и о родителях своих, а начну с начала своих армейских дней, и тех мест, которые мне пришлось осваивать начиная со службы в армии.
Думаю, что тебе это поможет понять и вдуматься в строки той книги и в эти места, которые ты успел запомнить в свое детство.
Служить я начал намного позже своего призывного возраста - так-как был на «броне». В 1952 г. «бронь» начали снимать. И однажды, по приходу из рейса, я узнал от секретарши директора предприятия, что мне уже приходило много повесток из военкомата, а начальник отдела кадров их рвал и бросал в корзину. Я то прекрасно понимал, что служить обязательно прийдется. Одну ночь бессонную провел в раздумье, а утром пришел в военкомат и собственной персоной представился. Реакция военкомата была однозначная и бесповоротная. Было предписание руководству произвести полный расчет в течении 24х часов и доложить. Все было выполнено в срок. И я пришел в армию с трудовой книжкой в кармане, с которой я прошел всю свою жизнь и сейчас храню ее как память.
И в ней уже было занесено поощрение за хорошую работу и за участие в спасении судна «Чайка». О том, что меня (вернее судно и всю команду), спасали в Татарском проливе, буквально за полгода до призыва в армию, нигде не записано, но память осталась на всю жизнь незабываемой.

Призывником я числился в команде флотской, а оказалось, что на сборном пункте все меняется. Там все зависит от расторопности «покупателей». И меня на сборном пункте упаковали а артиллерию и доставили в грузовых вагонах к месту постоянной службы в Краснознаменную гаубичную бригаду большой мощности (сокращенно БМ) базирующуюся в голой степи, где свободно гуляли зимой снежные, а потом песчаные бури.
Ближайший поселок - станция ж.д. Средне-Белая в 3х километрах. В этом поселке было и произошел случай, что разыгравшаяся стихия сорвала с дома целиком металлическую крышу вместе со стропилами и накрыла девочку лет 5ти. Но девочка осталась жива и невредима. А еще дальше 3км в степи находился лагерь заключенных. Такое соседство всегда в части обязывало иметь повышенную готовность и бдительность. До города Благовещенска 60км. Казармы 2х этажные, капитальные, кирпичные, жилые дома для офицеров находились в зоне в/ч. Добротная столовая, прекрасное питание. № в/ч 66410. Командир в/ч гвардии полковник Новодранов.
Я был зачислен в полковую школу сержантского состава. Взвод разведки. Командир взвода ст. лейтенант Бабенко, помкомвзвода ст. сержант Ломтев. Отделение тоже разведка - мл. сержант Анисимов, но через некоторое время был переведен в отделение вычислителей. Командир отделения мл. сержант Ващенко.
Школа комсостава, это было хорошо, а с обмундированием получалось не совсем понятно. Простым военнослужащим выдали кирзовые сапоги, а курсантам всем выдали ботинки и обмотки (как называли - «сапоги 8 раз вокруг ноги»). Я к ним еще вернусь. Может помнишь, к нам приходили иногда тетя Аня и дядя Сережа. Мы с ним знакомы были еще по Владивостоку и призывались вместе. Он на гражданке был трактористом, и служить попал во взод тяги. Ведь нашу гаубицу обслуживали в военное время 4 трактора гусеничных (с-80), а в мирное - 3. Так он получил кирзовые сапоги. Но все старики-солдаты и новый призыв носили ремни еще военного образца (хотя обмотки и ботинки наверное также остались в запасе от военного времени). Это были брезентовые грубые ремни, а мы, курсанты, получили настоящие кожаные ремни (тогда еще не было кожезаменителей) с медными бляшками и с большой звездой в середине.
Вот за ними и началась охота. А еще в моде были белые пластмассовые воротнички, которые трудно было достать. Мне сестра Галя прислала из города Краматорска. Вот и начали пропадать в нашем взводе ремни и воротнички бесследно. Такое название, как дедовщина, за всю службу никогда не слышал, а вот наказывать - наказывали. У нас во взводе был рядовой - сынок председателя колхоза. В приеме пищи меры не знал и ему всегда было мало. Он и приспособился воровать ремни и воротнички и менять их в солдатской столовой на еду. Ну парни выследили, взяли, как говорится, с поличным, устроили ему темную. Мало ему не показалось, и в нашем взводе стал порядок.
Но посещать друзей в столовой он не перестал, и это чуть не стоило ему жизни. Однажды с жадностью наелся горячего хлеба и у него случился заворот кишок. Как я уже говорил, до города Благовещенска 60 км, но его успели довезти и там благополучно сделать операцию.
Но в скором времени произошли некоторые события, после которых нам с ним и некоторыми другими сослуживцами пришлось расстаться. За 7 месяцев службы ко всему привыкли, в/часть очень хорошая, все нравилось, всего хватало.
Осенняя инспекторская проверка для меня прошла успешно. В труде я был закален с детства. Стрелять из ружья, а потом и из карабина образца 1944 года я научился не по возрасту рано. Отец баловал меня. Сам он был заядлым охотником и часто брал с собой меня. Сам делал засаду, а меня учил как нагнать в его сторону зайца. Иногда получалось это даже очень не плохо. Как только началась война ружья приказано было всем сдать. После освобождения нашей территории от немцев отец возвратился домой. По состоянию здоровья его в армию не призывали, но когда эвакуировал сельхозтехнику (трактора, комбайны и др.) подверглись бомбардировке вражеских самолетов. Сельхоз техника была уничтожена. Сам он был ранен, подобран местными жителями, которые помогли ему выжить. (Я забегаю наперед и рассказываю тебе о твоем прадеде, Павле Демидовиче, а иначе мне никак не увязать мое пристрастие к стрельбе). Когда вернулся домой отец у нас в саду стояли танкисты, выведенные с полей сражения за город Кременчуг, для отдыха и ремонта. Непосредственно у нас в саду находились 2 танка и спецмашина (ее называли почему то летучкой). В ней было все необходимое для ремонта. Самое, что мы видели впервые в своей жизни, это как режут и обратно соединяют вместе железо. Это электросварка и газорезка.
Когда они отправлялись на линию фронта, то подарили отцу карабин образца 1944 года и много дисков пулеметных, заполненных патронами, совпадающими с калибром патронов карабина. Из штаба дали справку, что карабин ему подарен за активную помощь в ремонте фронтовой техники, а сельсовет дал разрешение на право хранения и ношения карабина. Время было такое, что отец с ним никогда не расставался. А однажды, на ж.д. станции «Сагайдак» (7.5 км от нашего села, и 55 км от г. Полтава) она задержал бывшего полицая из нашего села. Отменил отец свою поездку в областной центр и доставил полицая в родной сельсовет. Сдать карабин было приказано отцу только в конце 1948 года.
Я после осенней инспекторской проверки значился как отличник боевой и политической подготовки. В этом большая заслуга и забота отца. Служба в отделении вычислителей была более интересной и увлекательной, чем в отделении разведки.
Весенняя инспекторская проверка 1953 года началась с неудач. Однажды, как это делалось всегда, комвзвода взял меня пристрелять карабины перед инспекторской проверкой и, если возникнет необходимость, установить правильно мушки. А это более 30ти карабинов. Тир был на пустыре недалеко от части, открытого типа. Просто сделано углубление в грунте необходимого расстояния, обнесено еще земляным валом со всех сторон и ограждено предупреждающими знаками. Солдат, помогающих принести карабины к тиру он отпустил на определенное время, а мы начали работать. Сначала все шло хорошо, но погода была безоблачная, и когда солнце сменило свое место на орбите, мушки отсвечивать блеском начали и ослеплять глаза. Старлей приказал мне закоптить все мушки а сам куда-то ушел. Я пробовал закоптить бумагой - не получается, травой - тоже бесполезно. Но когда чувствуешь заранее о наказании за не выполнение задания, мысли работают быстрее. Я вспомнил как жгли немецкие резиновые колеса от авто. Перочинный ножик в кармане был. На ногах ботинки с резиновыми каблуками. И пошло дело. Ножом резал тонкие полоски резины с каблуков, поджигал и коптил мушки. Получалось здорово. С удовольствием ждал старлея. И не зря. Он похвалил и мы продолжили работу. К приходу помощников унести карабины на место все было закончено. И вдруг старлей спросил чем я коптил. Я с гордостью показал свои каблуки и тут же схлопотал 3 наряда в неочередь. Очень было обидно. Это было мое первое взыскание.
Но еще обиднее было то, что вся наша работа была напрасной. Не пришло и недели, как поступила команда к построению, затем команда - разобрать карабины и следовать на оружейный склад. Там отстегивали от карабинов ремни, окунали в бочку с растопленным маслом, а с другой бочки вынимали автоматы (новенькие ППШ). Автомат здесь же расконсервировали полностью, регистрировали в журнал его номер, расписывались и уходили в распоряжение роты с автоматами. За несколько дней до начала проверки была изучена материальная часть, одна пробная стрельба на всех режимах - и на проверку. Здесь мне тоже не повезло. Одиночные выстрелы - отлично. Вместо короткой очереди - сработала длинная очередь. Но проверяющий полковник из военного округа был хороший мужик. Он дал шанс, если успею, сбегать в оружейную мастерскую, устранить неисправность и отстреляться. Все обошлось нормально. ППШ нам понравились. Мы просто влюбились в них. И если бы разрешили, наверно и спали бы с ними.
Но гордость и радость наши были не долгими. В части чувствовалась какая-то нервозность. Просочился слух, что в увольнение не пускают не только солдат, но и офицеров (жилые дома офицеров располагались на территории в/ч). Некоторых солдат вызывали в штаб части, а оттуда они возвращались туча-тучей, как говорят, молча собирали свои вещи и уходили куда-то в другие подразделения. Так ушел из взвода рядовой  - воришка ремней и воротничков, и сосед по койке - рядовой Козловский. Позже станет ясно, что это отсев. Военнослужащие, родители которых имели в прошлом запятнанную репутацию, сюда, на стройку, не допускались. Через некоторое время приказ явиться на оружейный склад с автоматами. Там уже была разогрета смазка для консервации - и прощай ППШ навсегда.
На днях той же недели приказ - разобрать вещмешки и сложить личные вещи. Вечером, вместо часа личного времени, общее построение, приказ разобрать вещмешки и снова построение и марш бросок на ж.д. станцию. Там уже стояли на скорую руку сколоченые столы, старшины, по ротно, выдавали сухой паек (сухари, сахар и мясная тушенка). Рядом стоял ж.д. состав из товарных вагонов. Добро пожаловать в неизвестный путь и в незнакомые места.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment