Tags: Балканы

  • dfs_76

Соглашение Шувалова-Солсбери от 18/30 мая 1878 года

На одном популярном ресурсе исторической направленности зашла речь о не к ночи будь помянутом Берлинском конгрессе 1878 года и о том, как на нём зловредные европейские державы отняли у России плоды побед в только что закончившейся Русско-турецкой войне. При этом, как это обычно бывает, упускают одну маленькую, но важную деталь - соглашение, подписанное в Лондоне в мае 1878 года (конгресс откроется примерно через месяц) российским послом Петром Андреевичем Шуваловым и тогдашним британским министром иностранных дел маркизом Солсбери, в котором подробно описывается, что получит и что не получит Россия и ее союзники по итогам той войны. Получается, на конгрессе в Берлине эти договорённости просто были публично оформлены.
Дублирую тут текст соглашения и предлагаю сравнить их с официальными результатами Берлинского конгресса:

Лондон, 18/30 мая 1878 г. Соглашение между Россией и Великобританией об изменении Сан-Стефанского договора





СкрытьРеквизиты
Датировка:
1878.05.30
Источник:
Сборник договоров России с другими государствами (1856-1917) Государственное издательство политической литературы, 1952 год стр. 176-180.
Архив:
АРПР. Sumner B. H., Russia and the Balkans. 1870‑1880. Oxford 1937, p. 646‑649.



№ 26

Соглашение между Россией и Великобританией об изменении Сан-Стефанского договора

Лондон, 18/30 мая 1878 г.

I. Меморандум № 1 от 18/30 мая 1878 года

Е. в. император всероссийский, узнав о тех изменениях, которые правительство ее британского величества предлагает внести в прелиминарный Сан-Стефанский договор с тем, чтобы сделать его приемлемым для английского правительства, нашел, что некоторые из них не противоречат главной цели войны, которая состояла в том, чтобы обеспечить благосостояние и безопасность христианскому населению Балканского полуострова гарантированием этому населению прочного строя и хорошего правительства.

С.-Петербургский кабинет находит поэтому, что идеи, высказанные Сент-Джемским кабинетом, дают для предстоящего конгресса основы соглашения, состоящего из следующих пунктов:


Collapse )
reptilian

Домовые питаются человеческою кровью

В. С-н. Народные поверья у Румынов. О домовых и ведьмах. // Восток. М., 1883. №275, 07 (19).12, с. 466-468.

   Домовые и ведьмы, по народному поверью, походят на обыкновенных людей, но отличаются от последних тем, что не едят и не могут терпеть чеснока и не ходят в церковь. Эта вера в народе так сильна, что образовалась даже пословица: «Бежит от чеснока как домовой». Ведьм узнают следующим образом: их связывают по рукам и ногам и бросают в воду: если оне не идут ко дну, то это значит, что оне — ведьмы. Подобные испытания делаются и во время засухи, ибо народ воображает, что ведьмы обладают силою останавливать дождь. О том, что домовые имеют хвосты, свидетельствуют многие разсказы и сказки, и очень может быть, что нашлись мужчины и женщины с хвостами. Люди науки доказали, что подобные уроды не совсем редки, но народ разсказывает невероятные вещи. Вот, например, что говорится в одной сказке: несколько девиц пошли на сиделки к другой, родители которой пошли в другое село; к ним пришли какие-то парни. Некоторые из них заметили, что парни имели длинные волчьи хвосты, висевшие до земли. Чужие девки стали постепенно выходить, оставив домашнюю саму. По выходе их, домовые убили оставшуюся девицу, развесив ея внутренности по гвоздям, а голову выставили в окно. Из этой сказки видно, что есть домовые с длинными волчьими хвостами, но старики, обыкновенно, разсказывают, что эти хвосты не длиннее двух, трех пальцев. В жизни своей домовые не причиняют людям особенного вреда, но мучат животных, заглазывают и пугают детей; о ведьмах же разсказывают, что оне имеют в печке по горшку с мазью, которою они мажутся, и затем выходят через трубу, верхом на метлах, вооруженные косами, идут на перекресты дорог, где они бьются и рубятся, и, как бы жестоко оне ни рубились, их раны скоро заживают. Место, где происходит между ними сражение, можно узнать по выскакивающим оттуда искрам. Такие битвы происходят большею частью на кануне Святого Андрея.
   Домовые женятся и имеют детей, как и остальные люди, но их дети — не домовые. Все дети, зачатые на канун великих праздников, рождаются домовыми. По смерти домовые не лежат спокойно в могилах, а выходят причинять людям зло. Домовые питаются человеческою кровью. Collapse )
  • dfs_76

100 лет назад: еще одна попытка единения славян (южных)

Оригинал взят у dfs_76 в 100 лет назад: еще одна попытка единения славян (южных)
100 лет назад, 20 июля 1917 года на греческом острове Корфу, куда после оккупации в 1915 году в ходе шедшей тогда Первой мировой войны Сербского королевства австро-германо-болгарскими войсками были эвакуированы остатки сербской армии и сербские правительственные учреждения, сербский премьер-министр Никола Пашич и предстедатель созданного в 1915 году в Париже политиками-эмигрантами из Австро-Венгрии славянской национальности (в основном хорватами, но выступавшими так же от имени других "южных славян" Австро-Венгрии, прежде всего словенцев) Югославянского комитета Анте Трумбич подписали т.н. Корфскую декларацию, суть которой в том, что:
- сербы, хорваты и словенцы составляют единую, хоть и трёхимённую, нацию, против своей воли территориально расчленённую коварными империями прошлого (боснийских мусульман не упоминают, но судя по тому, что мусульманское исповедание в декларации упоминается наряду с православием и католицизмом, как "наиболее многочисленное в нашей стране", к ним это тоже относится);
- территории Австро-Венгрии, населенные этими народами, должны соединиться с Сербией в единое государство - Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев во главе с царствовавшей тогда в Сербии династией Карагеоргиевичей.

Collapse )
Подписанты Корфской декларации сербский премьер Никола Пашич (слева) и хорватский политик Анте Трумбич (в центре) и ее бенефициар - Александр I Карагеоргиевич, король Сербии, затем  "Сербов, Хорватов и Словенцев", и наконец Югославии.

1 декабря 1918 года после поражения и распада Австро-Венгрии объединение Сербского королевства и этих территорий Австро-Венгрии будет провозглашено и о создании Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев будет объявлено (в 1929 году оно будет переименовано в Королевство Югославия), королем которого станет тогдашний король Сербии Александр I Карагеоргиевич. Но Анте Трумбичу, подписанту декларации от австрийских югославян, порядки, установившиеся в этом созданном при его содействии государстве, придутся не по вкусу (особенно после того, как в 1929 году упомянутый король Александр разогнал парламент, отменил конституцию и разделил страну на 9 губерний-"бановин" с максимально перемешанным этническим составом), и как пишут, под конец жизни он будет сожалеть об Австро-Венгрии и выступать за выход Хорватии из его состава.
  • alliry

"Когда Бог зажмурится"

Ко Дню памяти жертв холокоста и 75-ой годовщине репрессий, происходивших в Нови Саде, втором по величине городе Сербии, с 21 по 23 января 1942 года и унесших более 1200 жизней.
dru-racija-glavna.jpeg
«… На другом конце города жандармы вламывались в дома, не дожидаясь приговора, и вершили суд на месте. Добрались они и до здания, где обитал доктор, и нетерпеливо забарабанили в его двери. Доктор Петрович жил с женой и двумя дочками, никогда не занимался политикой и никогда ее не обсуждал. Его интересовали только дети, а его единственной политикой была педиатрия. Дверь открыла Эржика, служившая доктору верой и правдой долгие годы. Это была статная женщина плотного телосложения, с крепкими руками и не менее твердыми убеждениями. Эржика уже давно перестала быть простой служанкой – она стала частью семьи. Доктор бесплатно лечил ее детей, племянников, как, впрочем, и любого другого, приведенного ею на медицинский осмотр. Они всегда поздравляли друг друга с праздниками. На православное Рождество детишки Эржики находили свои подарки под елкой рядом с сюрпризами для детей доктора, а на католическое все домочадцы уплетали за обе щеки испеченные Эржикой лакомства. Как часто случается в обществе, где живут люди, говорящие на разных языках, каждое утро, принося доктору чай, служанка желала ему на сербском «Dobro jutro, gospodine», и получала приветливый венгерский ответ «Jo’reggelt, Erži».
Collapse )
Отрывок из книги Марии Васич «Когда Бог зажмурится»
  • dfs_76

"Не желаете ли выпить для Сан-Стефанского миру?" (с) А. П. Чехов

Оригинал взят у dfs_76 в 135 лет Сан-Стефанскому договору
3 марта (19 февраля по старому стилю) 1878 года в западном пригороде Стамбула - местечке Сан-Стефано (ныне  Ешилькёй, район Стамбула) был подписан договор, завершивший Русско-турецкую войну 1877-1878гг.
Из множества отечественных произведений - книг, фильмов - мы помним, что русские войска к тому времени дошли до самого Константинополя и уже готовились водружать крест над Святой Софией (в приснопамятном блокбастере 2005 года "Турецкий гамбит" генерал Скобелев собирается завоёвывать столицу Османской империи чуть ли не силами одной роты), но - "близок локоть, а не укусишь!" - в последний момент император Александр II, убоявшись британского флота, приказал своим генералам остановиться.
На самом деле заключению мира предшествовали куда более сложные "танцы" русской, турецкой и британской дипломатии вокруг Константинополя.
Как известно, в последних числах декабря 1877 - первых числах января 1878гг. русские войска одержали ряд важнейших побед над войсками Османской империи: 28 декабря (по ст. ст.) была принуждена к капитуляции крупная турецкая армия Весселя-паши, окруженная при Шейново, другая турецкая армия - Сулеймана-паши - была разбита под Филиппополем (ныне Пловдив в Болгарии) и принуждена отступить к Константинополю. 8 января русскими был занят второй по значению город европейской части империи - Адрианополь (Эдирне), а 17 января они были уже в трёх милях от Константинополя. Наконец, 19 (31) января в Адрианополе российским командующим великим князем Николаем Николаевичем ("старшим") и турецкими уполномоченными Сервером и Намыком было заключено перемирие, содержавшее предварительные условия будущего мирного договора. Русские войска занимали почти всю Болгарию и ряд пунктов на Мраморном и Эгейском морях.

За неделю до этого, 23 января 1878 г. после долгого многодневного обсуждения  кабинет Великобритании принял решение об отправке британского флота в район Мраморного моря. Однако, уже через несколько дней это решение было отменено по личной просьбе султана Абдул-Гамида II, опасавшегося, что приближение британского флота только спровоцирует русское командование на скорейший захват Константинополя. Но как только в Лондоне узнали о заключении перемирия на условии размещения русских войск в непосредственной близости от Константинополя, командующем британской эскадрой в Эгейском море снова был дан приказ войти в Дарданеллы и двигаться на Константинополь. Формально это мотивировалось возможностью беспорядков в турецкой столице и нападений на живущих там христиан, в том числе британских подданных.
(Абдул-Гамид II, падишах Османской империи в 1876-1909гг., в молодости)
Российское правительство на это заявило, что поскольку с заключением русско-турецкого перемирия зона Черноморских проливов в соответствии с нормами Лондонской конвенции 1841 стала закрытой для военных судов всех стран, то появление в Мраморном море британского флота будет вопиющим нарушением Англией международного права, и что Россия в связи с этим будет считать себя вправе подобно англичанам ввести свои войска в Константинополь. Александр II направил русскому главнокомандующему телеграмму с приказом оказать на турецкого султана давление с тем, чтобы он добровольно разрешил русским войскам занять его столицу. "Из Лондона получено официальное извещение, что Англия на основании сведений об опасном будто бы положении христиан в Константинополе, дала приказание части своего флота идти в Царьград для защиты своих подданных. Нахожу необходимым войти в соглашение с турецкими уполномоченными о вступлении и наших войск в Константинополь с тою же целью. Весьма желательно, чтобы вступление это могло исполниться дружественным образом. Если же уполномоченные воспротивятся, то нам надобно быть готовыми занять Царьград даже силою...".
Другую телеграмму Александр отправил султану Абдул-Гамиду. В ней говорилось: "...великобританское правительство решилось, на основании донесений своего посла в Константинополе, воспользоваться ранее полученным фирманом, чтобы ввести часть своего флота в Босфор для охраны жизни и безопасности своих подданных, а другие державы приняли ту же меру, с тою же целью.
Это решение обязывает меня, со своей стороны, сообразить меры ко вступлению части моих войск в Константинополь для ограждения жизни и собственности христиан, которым могла бы угрожать опасность. Но если я буду вынужден принять эту меру, она будет направлена лишь к одной миролюбивой цели: поддержанию порядка, а потому она и не может быть в противоречии с намерениями вашего величества».
Абдул-Гамид ответил, что он и сам вполне способен управляться со своими владениями, а англичанам он разрешения на вход в Дарданеллы не давал. Но факт оставался фактом: британская эскадра уже находилась в Мраморном море. Александр в связи с этим писал султану: "«Теоретический протест не воспрепятствовал английской эскадре ворваться в Дарданеллы. Прямое обращение вашего величества к королеве не приведет к ее отозванию. Поэтому я предоставляю вашей справедливости решить:
возможно ли мне остановить временное введение моих войск в Константинополь?"
Вскоре русские войска перешли линию перемирия и заняли ряд предместий Стамбула, в том числе Сан-Стефано, мотивируя это необходимостью следить за возможным появлением британцев в районе Босфора. Султан Абдул-Гамид оказался в отчаянном положении: с одной стороны в непосредственной близости от Константинополя стояли русские войска, грозя в любой момент его занять; с другой в Мраморном море курсировала британская эскадра, действия которой он не контролировал, и которая могла поступить с его столицей так же. Он стягивал к Стамбулу остатки имевшихся у него вооруженных сил, но особой надежды на них явно не питал.
Но и положение победоносной России было не столь безоблачным. Помимо перспективы войны с Великобританией (чего в Петербурге, помня Крымскую войну, очень не хотели), была неясна и позиция Австро-Венгрии. Балканская группировка русской армии висела на ниточках чрезвычайно растянутых коммуникаций, и австровенгры при необходимости могли перерубить их, ударив по союзному России Румынскому княжеству (в т время это государство представлялос собой узкую дугу между Дунаем и Карпатами); тогда прошлогодняя победа могла обернуться поражением. В общем, требовалось срочно воспользоваться текущим благоприятным положением и принудить султана к мирному договору на желательных России условиях, для чего продолжать бомбардировать его требованиями о допуске русских войск в Константинополь.
Меж тем представители великих европейских держав - сначала министр иностранных дел Австро-Венгрии граф Андраши, а затем и сам канцлер Германии Бисмарк - потребовали передать вопрос о переустройстве на Балканах на рассмотрение общеевропейской конференции. Мотивировано это было тем, что территория Османской империи была гарантирована документом, заключенным великими державами - Парижским трактатом 1856 года - а значит эти положения и изменяться должны с их общего совета. На это русские дипломаты заявили, что согласятся на такую конференцию не раньше, чем между Россией и Турцией будет заключен хотя бы предварительный ("прелиминарный", как тогда говорили) мирный договор.
Именно такой договор был подписан в Сан-Стефано. С русской стороны его подписали подписали бывший русский посол в Константинополе граф Н. П. Игнатьев   и начальник дипломатической канцелярии главнокомандующего русской армии на Балканах А. И. Нелидов. С турецкой — министр иностранных дел Савфет-паша и дипломат Саадулах-бей.
Collapse )

rasp2

Жаботинский о Ризове

Жаботинский В.Е. Одна старая беседа. (От нашего корреспондента). // Русские Ведомости. М., 1915. №235, 14 (27) октября, с. 2.
См. также пост Письмо Ризова Горькому

   Г. Ризов — теперь болгарский посланник в Берлине. Его считают одним из главных вдохновителей германофильской партии в Болгарии. Он по происхождению — македонец, по образованию — врач; он хорошо говорит по-русски; на вид ему лет сорок или около, и он совсем похож по манерам, одежде, прическе, бородке на русского интеллигентного господина,— за исключением глаз. Глаза у него,— не нахожу другого определения,— типично македонские. Collapse )
   В нашем климате и при наших условиях жизни таких глаз быть не может. Замечательно не то, что они так горят, не то, что они так впиваются на предмет. Очевидно, у этих глаз — очень тесное поле зрения, но зато на этом тесном поле все видно, все вырезывается ярко и отчетливо и, отразившись, раз навсегда отпечатывается в мозгу. Глаза типа прожектора. Люди с такими глазами не любят философствовать; у них краткие, твердые, упрощенные мысли, и говорят они без придаточных предложений; когда же вообще слова кажутся им слишком длинными, они охотно переходят к жестам и предпочитают жестикуляцию вооруженную. Collapse )
   Он сказал мне тогда, где он учился, но я забыл; вероятно, в Швейцарии. Многие из нас прошли чрез швейцарскую науку и знают тамошнее болгарское студенчество. Они живут в ладу с нашими «колониями»,— по крайней мере так было в прежнее время: ходили в гости, приходили на вечера и т.д. Но в своем кругу они там жили совершенно особенной жизнью. Молодежь из России в глубине души всегда сознавала, что, будь ты марксист, будь ты народник или что хочешь,— на российскую действительность это не повлияет; поэтому весь треск и шум политических дискуссий в наших «колониях» был заранее обречен как занятие безплодное и безнадежное, и сами диспутанты в глубине души это знали. Не имея и не ощущая даже иллюзорно никакой связи с почвой, они тем легче залетали во всякие заоблачные выси, приучались философствовать, анализировать, формулировать, постулировать и возвращались в Россию разочарованными во всех видах политического действия. В то самое время болгары твердо помнили, что каждый из них, кому только захочется, имеет шансы стать депутатом, министром, посланником в Риме, городским головой в Рущуке, влиятельным редактором в Софии, строить или перестраивать родину. Пыль реальной почвы лежала на их мешковатых одеждах. Перед их памятью торчали немногочисленные, немудреные задачи примитивной страны, и на этом тесном поле зрения фиксировано было их внимание. То, что они видели в Швейцарии, не отвлекало их,— напротив. Русский студент, член г.к., о.к. и пр., приглядываясь к Женеве, думал: «А все-таки у них женщины лишены избирательного права. Это очень нехорошо». Болгарский студент, приглядываясь к Женеве, думал: «Когда я буду головой в Рущуке, заведу такую же мостовую». Если в такую среду попадал человек с «македонскими» глазами, он только приобретал знания, другую осанку и манеру, но основная черта его,— тесное поле зрения и привороженный к этому полю пристальный, ярко воспринимающий взгляд,— сохранялась, получала сугубую тренировку и сопровождала его потом на всех путях жизни, до министерского портфеля или верительной грамоты посланника.Collapse )

Белоэмигранты в Болгарии, 1920-е - 1944 гг. Фотоматериалы.


Бывшие чины Русской армии ген. П.Н. Врангеля работают в угольных шахтах в г. Перник, 1922 г.


Штабс-капитан железнодорожного подразделения Иван Петрусенко (в центре) - мастер ремонтной бригады, созданной из русских эмигрантов на Болгарской железной дороге. После 1923 г.
Collapse )
Использованы материалы из книги:  Белоэмигранты в Болгарии. Воспоминания / под ред. В. В. Чумаченко, П. В. Чумаченко, С. А. Рожкова. — М.: Новые печатные технологии; Синержи, 2013.

Русская армия генерала П.Н.Врангеля в Болгарии. Фотографии.

Вооруженные силы Юга России по принятию должности главнокомандующего генерал-лейтенантом бароном П.Н.Врангелем 28 апреле 1920 г. были переименованы в Русскую армию.
После эвакуации из Крыма и тяжелых испытаний, перенесенных в полевых лагерях в Галлиполи, Чаталдже и на о.Лемнос, в ноябре-декабре 1921 г. сохранившие строй части Русской армии были перевезены на территорию Царства Болгария и Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев.
По сравнению с голодным и холодным Галлиполийским сидением даже пребывание в этих истощенных Первой мировой славянских странах стало для военной белой эмиграции облегчением...

Итак, части Русской Армии в Болгарии:

Чины Русской армии в Софии.


Подразделения 1-го армейского корпуса в гор. Перник. В строю по фуражкам с белой тульей опознаваемы "марковцы", а по белым околышам - "дроздовцы".
Collapse )
Использованы материалы с сайта Дома антикварной книги в Никитском.

Материалы по истории белой эмиграции в Болгарии:
Ц.Кьосева. ИСТОРИЯ БЕЛОЙ ЭМИГРАЦИИ В БОЛГАРИИ. 1919–1950 гг.

Л.Владева. Журналистская и литературная деятельность белой эмиграции в Болгарии.
  • dfs_76

День объединения Болгарии

Оригинал взят у dfs_76 в День объединения Болгарии
Сегодня болгарский народ отмечает свой национальный праздник - День объединения. Этот праздник установлен в честь провозглашения 6 (18 по новому стилю) сентября 1885 года присоединения к автономному Болгарскому княжеству южноболгарских земель, составлявших тогда особую административную единицу - самоуправляющуюся турецкую провинцию Восточная Румелия.
Как известно, восстановление самостоятельного Болгарского государства было провозглашено Сан-Стефанским мирным договором от 3 марта 1878 года, завершившим русско-турецкую войну 1877-1878гг. При этом согласно этому договору самостоятельная Болгария охватывала обширные территории современной Болгарии, соседней Македонии (причём не только одноимённого современного балканского государства, но и Эгейской Македонии, ныне греческой) и имела выход к Эгейскому морю в районе Салоник. Очевидно, вычерчивая такую границу проектируемого государства, русские дипломаты рассчитывали таким образом (очевидно предполагалось, что это государство будет находиться под той или иной формой российского контроля) обойти "босфорскую пробку" и получить доступ к Средиземноморью.
Однако, не сложилось: великие европейские державы настояли на том, что поскольку территория Турции была гарантирована подписанным этими державами Парижским договором 1856 года (завершившим Крымскую войну), то и изменена она может быть только с взаимного согласия держав, его подписавших. Для этой цели в Берлине был созван международный конгресс с участием всех крупных европейских держав, завершившийся подписанием 13 июля 1878 года Берлинского трактата.
Этим трактатом границы Болгарии нарезались по-другому: Македония была возвращена Турции, а территория современной Болгарии разделена примерно пополам - в северной части создавалось автономное Болгарское княжество во главе с выборным князем (им станет гессенский принц Александр Баттенберг, дальний родственник российского императора), платящее символическую дань султану, а в южной части создавалась эта самая Восточная Румелия (Румелией в старину турки называли свои балканские владения) - автономная провинция, "платящая дань и имеющая губернатора-христианина", со столицей в городе Пловдив (древний Филиппополь).
(Болгария по Берлинскому трактату: оранжевым показана Вост.Румелия)
Естественно, такие условия не удовлетворили болгар ни в княжестве, ни в Восточной Румелии. И там, и там происходили выступления за объединение этих двух образований и возникали организации, такового добивающиеся. Одной из таких организаций был созданный в Пловдиве в феврале 1885 года Болгарский Тайный Революционный Центральный Комитет (БТРЦК), начавший подготовку к вооруженному выступлению. Подконтрльные ему революционые комитеты были созданы в других городах провинции и включали в себя военнослужащих провинциальной милиции (официальных вооруженных формирований провинции) и полиции. Выступление было намечено на 15 сентября 1885 года. Однако уже 2 сентября выступления с требованием объединения начались в городе Панагюриште. Вскоре аналогичные выступления под руководством местных активитов БТРЦК начались в других населенных пунктах провинции.
Кульминация наступила 6 сентября, когда основные силы провинциальной милиции, проводившие манёвры в окрестностях Пловдива, приняли сторону повстанцев, вошли в город и заняли резиденцию губернатора. Губернатор Гаврил Крастевич, болгарский патриот, сопротивления повстанцам не оказал.
Было сформировано временное правительство во главе с Георгием Странским. Это правительство немедленно отправило болгарскому князю Александру Баттенбергу телеграмму с предложением объединения. 8 сентября Александр издал манифест об объединении и днём позже вместе со своим премьер-министром и главой парламента княжества прибыл в Пловдив, объявив таким образом объединение свершившимся фактом.
(Телеграмма Временного правительства Румелии князю Александру с объявлением объединения)
В Константинополе о произошедшем узнали только через три дня. Тогда у турок возникла проблема: согласно Берлинскому трактату ввод регулярных турецких войск в Восточную Румелию допускался только по просьбе её губернатора. Свергнутый губернатор Гаврил Крастевич, понятное дело, с такой просьбой не обратился. Турция побоялась что-либо предпринимать без согласия великих держав, к которым вскоре обратилась за консультациями. Россия заняла примирительную позицию: 11 сентября были отозваны российские военные советники из Болгарии, но одновременно Турции было предложено не вводить войска в Восточную Румелию и обсудить проблему на международной конференции. Позиция России была поддержана Францией и Великобританией.
Наиболее бурно на произошедшее отреагировало другое славянское государство региона - Сербское королевство. 14 ноября 1885 года Сербия объявила Болгарии войну, но уже 18-20 ноября потерпела поражение. 7 декабря было подписано перемирие, а чуть позже - мир на условиях статус кво.

Развязкой кризиса послужило Топханское соглашение, подписанное министрами Турции и Болгарии 24 марта (5 апреля по новому стилю) 1886г. во время посольской конфернции в Стамбуле. Стороны нашли соломоново решение - болгарский князь Александр просто назначался пожизненным губернатором Восточной Румелии, и таким образом объединение было де-факто признано.

Де юре Восточная Румелия была присоединена к Болгарии в 1908 году, одновременно с провозглашением окончательной независимости Болгарии от Турции.